Знакомство царя Алексея Михайловича с Натальей Кирилловной Нарышкиной Часть 4 +

521193_html_m3035afcdГосподь не дал земного богатства моей названой дочери, да и у меня у самого нет лишнего. Повторяю тебе, жених мой человек честный, у него довольно достатка и про себя, и про жену, да и детям достанется; я его коротко знаю, он за приданы мне погонится, лишь бы ум и сердце невесты были светлы, здоровы и чисты.

Жених, который у меня на примете, и тебе небезызвестен. Я и сегодня приехал к тебе сватом за него.
—Я жду, государь, твоей милости, открой мне, великий царь, кого ты удостаиваешь чести, что заботишься о нем и берешь на себя сватать его.
—Жених этот я сам, ты меня знаешь, гож ли я?

Боярин Артамон Сергеевич побледнел, испугался и от волнения долго не мог произнести ни слова, наконец сказал дрожащим голосом: «Государь, ты шутишь со мною, недостойным рабом твоим; ты изволишь издеваться надо мною!»
—Ничуть, —я говорю тебе очень серьезно. Наталья Кирилловна пришлась мне по душе, и ежели я ей люб, то я сегодня же назову ее своею невестой; поди, спроси ее.

—Государь,будь милостив, не губи меня,недостойного раба твоего! Обрати гнев на милость, не шути моей семьей, пощади мою душу! Что ты говоришь о пощаде, о гибели своей семьи, или ты не понимаешь меня,что ли? Я хочу жениться на твоей воспитаннице, вот тебе моя царская воля, и я хочу, чтобы ты сейчас пошел и спросил ее, согласна ли она. Государь, воскликнул боярин, бросаясь на колени, не губи меня!

Понимаю твою царскую волю и готов отдать последнюю каплю крови, чтобы выполнить ее честно. Но ты хотя и великий государь, но ты человек, и завистники неслышными шагами подползут к тебе, смутят твой слух советами, найдут тысячу тайных путей, чтобы омрачить твой светлый ум, взведут на меня вины небывалые, отнимут у меня твою дорогую для меня доверенность.

Найдут средство оклеветать дочь мою, и ей,. вместо радости быть твоей женой, придется изнывать одинокой в заточении, как и другим царским невестам до нес, приходилось; государь, ты сам знаешь, это дело бывалое!
В глазах царя сверкнула молния негодования, и он воскликнул: «Разве я не царь! Разве у меня нет своей воли? Кто осмелится пойти против меня? Покажи мне человека, который может мне помешать жениться на той, на которой я хочу!»

—Государь, никто явно не посмеет поморщиться, но клевета ползет по земле, она, как змея, извивается между цветами и убивает на выбор неслышно и незаметно злыми наветами тех, кто ей не по нраву.
—Так, по-твоему, мне отказаться от твоей воспитанницы, что ли? сердита, спросил царь.

—Нет, государь, твоя воля для меня закон, но я прошу тебя об одном, не вели мне идти к Наталье Кирилловне, не вели спрашивать се согласия, не отступай от старого обычая, прикажи собрать, как это исстари водится, несколько дочерей из дворянских семейств, пусть между ними будет и моя дочь; посмотри на других красавиц, может, тебе приглянется и другая, а ежели твой выбор все-таки остановится на ней, то никто не скажет, что я хитрости и обманом опутал твое сердце и увлек тебя к союзу с незнатною девушкою, недостойной тебя!

Хорошо, сказал царь, пусть будет по-твоему: я объявлю думе свою волю и прикажу выписать списки знатных девиц. Наветов ты не бойся, ежели бы такие и случились, я тебе докажу на деле, что не верю им, туда, в сопровождении двора, отправился в собор Успения Пресвятой Богородицы.
Артамон Сергеевич с жаром благодарил царя и с низкими поклонами провожал его до колымаги, посадил в нее, запер дверцы и долго смотрел ему вслед, не надевая шапки.

Прошло несколько времени; царь по-прежнему был милостив к Артамону Сергеевичу, по-прежнему призывал его к себе, по нескольку часов сряду беседовал с ним; иногда посылал с ним боярыне и боярышне сахарные коврижки и другие сласти со своего царского стола, что в то время было большой милостью.
Однажды царь опять посетил боярина, но на этот раз совершенно нечаянно, не предупредив его даже. Но в доме у боярина был большой порядок, было довольство, и потому царя можно было во всякое время достойно и прилично принять.

Опять ужинал он вместе с боярыней и боярышней, и еще больше прежнего ему понравилась Наталья Кирилловна, и, между прочим, он шутя напомнил ей свое обещание быть ее сватом и советовал ей ждать, потому что суженый ее ему известен. Наталья Кирилловна вспыхнула и покраснела, а царь любовался ее смущением.

Оставшись один с Артамоном Сергеевичем, царь опять заговорил о Наталье Кирилловне; Я не шучу, я жениха твоей воспитаннице нашел; от нее зависит, захочет ли она выйти за него.
Государь, твоя воля назначать ей жениха; мое желание одно: чтобы человек был хороший, да не нищий, а такой, которому богатого приданого не нужно и сам мог бы прокормить жену, потому что, как я уже говорил,